Менеджмент и сотрудничество

 

Email: rapbermud@mail.ru    |    Тел.: +7 (952) 854-69-68

© 2017 Bermud MC. Сайт создан на Wix.com

БОЛЬШОЕ ИНТЕРВЬЮ ИЗДАНИЮ  

Это интервью превратилось в настоящий полновесный лонгрид. Неудивительно, если твой собеседник рэп-исполнитель, а настоящий рэпер за словом в карман не полезет. BERMUD MC, известный в Сети как Александр Алексеев, помнит эпичные хип-хоп тусы, любит олдскул и пишет свои тексты, жадно хватая любую свободную минуту. Есть о чем поговорить.

— Привет, Саш. Поговорим немного о хип-хопе…

 

— Привет. Только, начнем с того, что я не Саша, а Леша. Так уж получается, что к отдельным работникам сферы государственной ставятся некоторые условия, в частности: надо удалить все аккаунты соцсетей на фиг. Удалять жалко. Много людей, которые очень далеко, и связь с ними я поддерживаю только через соцсети, обмен творчеством и прочее. Так что был Лёша, а стал Александр Алексеев. Аккаунты закрытые, доступ только для друзей. А для ценителей творчества все на сайте.

 

— Вот дела. И где же ты работаешь, если не секрет?

— Это государственное бюджетное учреждение, коих у нас бесчисленное множество. Называть не буду. По большому счету любой человек вправе заниматься творчеством, некоммерческой деятельностью. Но у нас рыба гниет с головы настолько, что отдельные «добрые коллеги» уже прознали и шепчутся: «А вы, вот, знаете, чем у нас Алексей занимается? Вот посмотрите». Ребята молодцы, конечно, проявляют инициативу, но я не просил о славе. Это потом вытекает в разговоры типа: «начальник отдела не может читать рэп», «это ставит под сомнение авторитет организации», «ты же представляешь интересы юридического лица в суде» и все в таком духе. А на выходных шорты, кепка, микрофон, студия, а, иной раз, и с пивасом.

— Так ты юрист?

 

— Да, дожились до того, что начальник отдела в госучреждения. Ненавижу юристов, кстати. На полном серьезе. Когда встал вопрос поступления в ВУЗ, сыграла семья, военные, все серьезно. Я художку заканчивал детскую, мне это нравилось, что-то получалось. Я хотел на худграф в Кубик, а мне сказали: Леша – худграф… ты видел, сидят там вон они, с засаленными волосами на Арбате (еще тогда Арбат старый был на улице Чапаева), какой худграф!? И попал я на юрфак в КубГУ. Не без знакомств: чтобы туда попасть, надо было либо забашлять, либо быть гением. Там я был не в своей тарелке, не к месту совсем. Я общительный, со всеми ужился, но было сложновато. 

— Давай вернемся к теме. Поговаривают, что рок-н-ролл умер, давно поговаривают, очень давно. А тут, вот, начали поговаривать, что хип-хоп тоже вроде как скуксился. Ты как относишься к этому?

 

— Можно долго спорить, но я бы не стал этого отрицать. Потому что того, что было, как представлялось, как начиналось, как хотелось и должно было быть – этого, конечно, уже нет. Сегодня в любом музыкальном направлении мы слушаем и смотрим то, что нам впихивают. Раньше вышел альбом исполнителя, ты его отслеживаешь, ждешь, предвкушаешь, получаешь – классно! Эмоции какие-то. Сейчас же всего так много, что никто уже ничего не ищет попросту. И я в том числе. Я листаю ленту соцсети, она мне предлагает: новый альбом этого, этого и этого. Я послушал, либо понравилось, либо нет. И забыл. Из огромного моря информации просто тяжело выбирать что-то стоящее. Можно сказать, что хип-хоп не мертв, а что он не тот. Во всяком случае, если что-то «то» и осталось, то его не так много на фоне шлака, что в сеть сливается.

— Маркетинг побеждает?

 

— Конечно. Я не активный пользователь соцсетей, оттого что с девяти до восемнадцати, а то и до двадцати двух, я несвободный совсем человек. Но вечерком, когда ребенок и жена уже спят, можно заварить чашку кофе или налить себе стакан пива и полистать ленту инста. Недавно подписался на Фадеева Максима. Чисто из интереса. Человек, в силу своей популярности, двигает альбомы. Сейчас плотно двигает Джигана. Новая песня, готовим клип – и все в таком духе. Я вырос на другом рэпе, для меня Джиган не рэп в принципе. Но я понимаю, сколько тысяч людей это видят, и у них в голове откладывается Джиган-Джиган-Джиган. Потом выходит альбом, и все – ну надо ж посмотреть.

— Я ведь тоже был в теме, конец девяностых — начало двух тысячных, когда был самый большой движ. Для нас тогда рэп — это был поиск чего-то настоящего. Мы искали в этих текстах какой-то правды, чем жестче она была, тем правдивее.  Сейчас упомянутый Джиган (который называет себя рэпером, в интервью одному изданию открыто говорит: не буду кривить душой, как все рэперы, я в теме, чтобы заработать бабла. И вот этот человек, эта бородатая детина, на фоне яхты читает какие-то розовые слюнявые тексты про любовь и люди считают, что это и есть рэп. Т.е. для тебя это не рэп?

— Однозначно, нет. Это продюсерский проект, нацеленный на извлечение прибыли. Эти исполнители даже не скрывают, что им пишут тексты, их одевают стилисты, их гримируют и прочее. По сути, любая культура (субкультура), которая набирает обороты и популярность, становится коммерческой. Появляются люди, которые видят, что это отличный вариант заработать. Закономерный процесс, наверное. А вообще, если говорить о том, о чем пишут рэпера сейчас, или должны писать, я думаю: о том, что им близко, чем они живут, что понимают в жизни, что хотят донести. Ведь наверняка написать интересно можно только о том, в чем ты разбираешься, с чем сталкиваешься повседневно. Я, вот, не пишу про телок, тачки и яхты. А, например, Тимати и тот же Джиган пишут о телках, тачках и яхтах, наверно у них действительно жизнь такая. Содержание их песен – телки, тачки. Именно песен, рэп-текстом это назвать сложно.

— О чем пишешь ты?

 

Я сам признаюсь, был этап юношеского максимализма, когда писалось о том, о чем хотелось: где что выпито и скурено, мы крутые и прочее. Сейчас это прошло, последний альбом который вышел у меня в 2015 году не содержит ни слова мата, но важнее то, что я готов нести ответственность за сказанное. И следующий однозначно содержать не будет. Это ответ на вопрос: «О чем ты пишешь?» Как о чем – о том, что вижу, чем живу. Меня стали подкалывать, то есть, пишешь про работу в бюджетном учреждении, про кабинеты и жизнь клерка. Неправда, я в душе другой. Вышел, снял рубашку, надел футболку, все я другой человек. Зарекался не затрагивать политику в своих текстах. Такая заезженная история, гнилая, всем понятно, что происходит, к черту ее. Но, вот, не получается. В процессе создания новый альбом, он еще будет отслушиваться, весь шлак оттуда уйдет, но очередная вещь начинается со слов:

 

Было, зарекался о политике не заикаться,
Но выходит так, что не выходит разобраться,
Не упомянув ни разу наше государство,
Особенно о том, как происходит на местах все.

 

И далее по тексту. Потому, что накипело. Вот у меня мелкому два с половиной года, и я столкнулся со стандартной проблемой – детский сад. Документы на определение ребенка  (на пребывание в течение всего дня) принимают только с 15го апреля по 15ое июля. Рассматривают 45 дней. То есть, если сработать оперативно, можно получить три отказа. Я получил два и отнес бумажки в третий раз (еще рассматривают). Следующий запрос я смогу подать 15 апреля, 14го мелкому три года и моя жена  либо должна выйти на работу, либо ее потерять. Система. На бумажке написано: «Вам мотивированно отказано. Причина отказа: мест нет». Сижу, размышляю, вот, интересно, мне в конце года приходят налоги, будет классно написать в ответ: «Извините, вам мотивированно отказано. Причина отказа: средств нет». «Ну, это же ваша обязанность платить налоги», – говорит мне сотрудник. Подождите-подождите, государство тоже имеет обязанности перед гражданами. Они гарантированы Конституцией, в том числе и бесплатное, и доступное дошкольное образование. Короче, цирк. На деле: хочешь нормально родить – плати, садик – плати, в школу – плати, спорт – плати. Так что не получается не писать об этом.

— По поводу написания текстов. А когда появились первые, когда ты начал, более-менее серьезно писаться?

 

— В 2000 году, я еще был школьником и имел определенное количество домашних записей. Несколько позже появились первые студийные записи. Я помню, как искал на тот момент единственную в Краснодаре студию, называлась она «Free Wind Studio». Она и сейчас существует. Звукарь Алексей Завалей – это, кстати тот человек, который делал «Гимн молодежи Кубани». Кубанский казачий хор, рок-группа «Вдруг» и Тохаль из Mary Jane (нынче он Mr. Hyde). Мы тогда думали, что и «Вдруг» и Тохаль сразу рванут после этого (ну, Кубанский казачий хор – у них и без этого все хорошо), композиция вышла-то классная, да и крутят её до сих пор. А сегодня звукозаписывающих студий полно. Интернет взорвался, видеоуроки, читай, выбирай, настраивай железо. Каждый может разобраться при желании и открыть студию. Студий много, но редко где хороший звукарь. Звуковую карту можно и за полмиллиона купить, но надо же знать, что с ней делать.

Масса времени на это по-прежнему нужна, но было бы желание. Короче, из ныне существующих рекомендовал бы или «Free Wind Studio», или «Kbadrat», тоже ребята давно в теме и свое дело знают. Новый альбом буду писать на одной из них. Свою мы закрываем. Хлопотно. Да и времени нет ей заниматься на должном уровне. Так вот. В 2008 году компанией 6-8 человек обозвались RapBermudHouse, была придумана аббревиатура RBH. Думали под этим знаменем и двигаться. Состав «творческого объединения» менялся, сегодня в деле Шкан, Тахо, Лыс, Штака и Пан, ну кто-то в большей мере, кто-то в меньшей.  В 2010 собрали свою студию. Где-то не хватало опыта, где-то хорошего железа, чтобы делать качественно, тем не менее, записали первый микстейп (RecPlay). Самопиратка такая. Мы нашли людей, которые печатали диски и продавали боксы, реальные пираты в подвале в районе Вишняков. Нам было в прикол и в кайф, на прилавках появился наш диск. Мы ничего с этого не имели ровным счетом, но ничего и не платили. Они их распечатали и раздали по торговым точкам на Вишняках. Тяжело гордиться тем творчеством, конечно, но что было, то было. Сейчас альбом этот можно найти в сети . Короче, с 2000го по 2010 мы плавали. Первый сольник я презентовал в 2013 (альбом  «Электричество»), в котором я еще позволил себе долю раздлолбайства, чего уже не позволил в альбоме 2015го («Простыми словами»). Наверное, это и есть начало более серьезного периода в творчестве.

— Как ты считаешь, вот эта доступность, это больше хорошо или больше плохо?  Возвращаясь к теме потока шлака, он ведь, в частности, появляется из-за этой доступности. Много инструментов, каналов самопрезентации, много желающих. А качество ведь снижается.

 

— Качество снижается в целом. Но я не считаю, что это плохо.  Этот период возможностей дает шанс каждому, кто сделает что-то достойное. Это непременно будет оценено, хотя и может пролетать в Сети годами. Раньше люди брали чемодан, ехали в Москву, снимали впятером однушку где-то на окраине, ходили с кассетой по студиям, стучались в двери продюсерских центров: вот мы такие классные, вы послушайте, вдруг вам понравится. Так было. Кто-то даже отправлял кассеты в «Утреннюю почту», наверное. Единственное, отчего мне тоскливо, что сейчас делается мало действительно честных конкурсов и отборов.
Т.е. они есть, но в них проходят уже более или менее известные личности, которые далеко не всегда самые талантливые из конкурсантов, либо победителей определяет какое-нибудь смс голосование, обязательно платное, и, опять

же, выигрывает тот, кто уже более или менее известен и имеет «группу поддержки», готовую фигачить платные смс тоннами. Короче, везде ложь, честных отборов не знаю. Вроде культура стала настолько широкая, большая (хип-хоп культура), рэп занял твердые позиции, со множеством поднаправлений в музыке и прочее. Есть ведь много интересных исполнителей, возможно, когда-то они добьются своего. Сегодня каждый может записать трек дома, в студии (плохой или хорошей) и слить в Интернет. Более того, каждый может снять клип. Обычный свадебный оператор с удовольствием тебе скреативит видос, по цене приемлемой. Мы свой первый клип сняли за 4 тысячи рублей. Я имею в виду профессионалов с камерами, отражателями, рельсами и прочим. Возьмем Григория Лепса, который пел в кабаках Сочи, снял клип на песню «Натали», и та пятнадцать лет гуляла по Интернету, пока его не нашли люди из столицы. И сегодня у него все хорошо. Так что рядом с нами, вполне возможно, ходят завтрашние супергерои сцены.

— О хороших исполнителях: что сам слушаешь? Свежачок и мастадонты; наши, западные?

 

—  Я не переключился в свое время, сейчас рэп имеет массу жанров и поджанров, выходит на новый уровень, и так далее. Мне по душе старая школа. Как это было в конце 90х. Если я скажу, что слушал Касту, это будет банально, но это будет правда. Я наизусть знал тексты. Мне близки размеренные вещи, нарезанный семпл, с хрустом пластиночки, где медленно идет повествование. Как пример – Coolio «Gangsta’s Paradise». Это, кстати, и был момент кормециализации музыкального направления. Он тогда сделал чуть попсовее и стал зарабатывать, хотя до этого делал более андеграундные вещи. Размеренный бит, глухой с бочечкой, хорошие семплы – вот это мое. Не воспринимаю клэпы, и электронные звуки меня из себя вообще выводят. Когда совмещают с драм-энд-бэйсом и прочее. На студиях встречаю звукарей, которые пытаются внести долю креатива: вот сюда мы автотюн наложим, смотри. Нет-нет, этот пластмассовый звук не для меня! Ассоциации с дешевой пластмассовой крутилкой. Я за натуральное звучание. До сих пор ратую за Краснодарскую группу «Триада» (Нигатив Володя, Леша, Дино). Первый альбом их вышел в 2001 («Противоядие»), тогда они писали обо всем, о чем все пишут, но сделали это неплохо. Второй «Орион». Я думаю, они тогда ничего на этом не имели, но продолжали двигаться, и сегодня они на волне. Хороший пример того, как обычные пацаны вышли на достойный уровень своим трудом, не изменяя стилю. Я помню, когда-то (совсем давно) прознал, что Негатив работает в магазине по продаже неформальной шмотки, скейтов и прочего на улице Красной. Пришел тогда к нему, брать автограф. У меня вообще есть отдельная полочка с подписанными дисками наших краснодарских ребят. Потом он стал более попсовито делать, но этого требовало время и место. Сейчас он в Москве. Настоящий трудоголик. Имел честь дважды читать с ним на одной сцене, конечно, на «разогреве», ну все равно круто, где-то даже сохранились афиши, на которых «Триада» большими буквами и все мы чуть помельче указаны. Также Скато, Сергей делает более такие подвальные андеграунд вещи, фиг знает, с каких времен и до сих пор. Он себе не изменяет, хотя, мне кажется, если бы он поступился какими-то моментами в творчестве, мы бы уже зрели его из ящика. Он этого не делает, это его выбор, и за это ему респектос! В 2015 мы записали с ним трек и видео сделали (Дети Союза при участии Fes и на биты Dj Den Romanov). Это круто. Короче, возвращаясь к теме вопроса – старая школа, как отечественная, так и зарубежная, вот, что по душе мне.

— С кем-нибудь еще совместно что-то делаешь?

 

— Знаешь, как оно бывает, мы все время планируем! Встречаемся, созваниваемся. У меня три начатых проекта с другими людьми. Имели замысел, который должен был в течение полутора-двух лет вылиться в хороший альбом. Ну, или не очень хороший, но вылиться. Ни один из них пока не реализован. Досадно. Жена, ребенок, ипотека, работа – все как у людей. Не имею права я сейчас все бросить, поставить на кон и рвануть в Москву. Не только я в такой ситуации. Всем нашим хочется читать, но времени не хватает катастрофически. Приходишь после работы, погуляешь с ребенком и думаешь, вот я сяду ночью и как напишу! А голова болит за завтра. В итоге самонасилование какое-то. Было еще заблуждение по поводу написания. Ну, когда были помоложе. Первый микстейп свой мы все время писали пьяненькие – ну, вот так было. Или покуривая что-то. Мы ведь не сразу разобрались, что эти смеси такие плохие, и они не сразу стали противозаконными. Дело прошлое. Ничего незаконного мы не делали, и скрывать это нецелесообразно. Конечно, веселее идет процесс, но потом, когда начинаешь слушать, думаешь: блиииин, ну е-мое. На три рюмки раньше было бы норм, а теперь все переписывать надо. Сейчас я пишу альбом (уже полтора года). По той планке, которую я сам себе придумал. Многое из материала пока не тянет, так что я буду писать, пока не появится десять-пятнадцать хороших треков. Очень медленно идет процесс. Вот здорово, когда есть отпуск, возможность выехать за город, там можно написать материала на пол альбома. Творчество рождается, когда не загружен мозг. Есть искушение ставить все на кон? Наверное, надо было раньше это делать.  Либо бросать. Как многие мои друзья. Многие, из которых мне скажут: «Леха, ты еще не сдался?». «Ничего не выстрелит без денег и связей», – так говорят все, кто делал когда-то и перестал. Я не могу от этого отказаться, сам процесс приносит массу удовольствия. Но я слукавлю, если скажу, что не хочу, чтобы это было признанно.  Я имею свой маленький круг слушателей. Пишут, спрашивают, будет ли новый альбом? Я обязательно отвечу – что будет. Независимо от успеха я буду это делать. Но совру, если скажу, что мне все равно, будет он востребован или нет. Просто если творчество начнет приносить какие-то деньги, это развяжет руки, появляется возможность посвятить себя творчеству полностью. Весь мусор, который я храню в голове для работодателя и системы, я выкину. Я больше времени начну проводить с семьей, а остальное займет творчество.

— По поводу круга слушателей небольшого. Тебе не кажется, что мы вообще живем в эпоху локальных интересов, когда время больших исполнителей прошло? Мы вошли в медийное пространство, где все местечково: этот любит этого, этот этого. Типа клубов по интересам небольших. Не появится нового Тупака Амару Шакура, как ни крути, доктора Дре и прочих. Или, может быть, появится кто-то, кто сделает тру и соберет стадион?

 

— Почему нет. Вот Баста. Василий Вакуленко, у которого был только музыкальный колледж за плечами, а дальше иди Вася жуй солому – ищи себя в жизни. Но, как ни крути, он входит в десятку самых известных людей России. Он собирает в Кремле по 16 тысяч человек на концерты свои. Он, конечно, начинал еще «тогда», был в объединенной Касте. Уже и с тех пор многое изменилось. Нельзя не отметить, что на определенном уровне творчество большинства наших звезд перестает развиваться, может где-то быть искренним, и это сразу видно. Просто человек делает от души то, что ему нравится, и вот он выходит на результат, собирает стадион, например.

Он продолжает писать так же, как писал, то есть, достигнув пика, он держится за то, что делал в момент этого пика, и это перестает быть интересным просто-напросто. Он задается вопросом: как я этого добился? Писал на той студии, с таким битом о жизни в Ростове, к примеру… И вот он выпускает десяток альбомов, они все безупречно качественные, но слышно, что он, по сути, делает то же самое, только другими словами, возможно, на той же студии. Достигают пика и не знают, что делать. Тогда появляются продюсеры, которые знают, что делать. Те же Макс Фадеев с Джиганом не стесняются говорить, что исполнителю пишет тексты кто-то, ну блииииин. Лучше бы не говорили, было бы легче жить. Что делает Джиган тогда, если ему все написали и поставили?

 

— Он ходит в барбершоп подравнять бородку ))

 

— Наверно, да.

 

— Слушай, такая тема, в 90х была какая-то тусовка. Народ собирался, друг друга знали. Сейчас в Краснодаре есть рэп-тусовка?

 

— Очень кучно. Есть люди, которые тусуются тут или там, все пересекаются в принципе. Но назвать тусовкой это нельзя. Нет какой-то цели. Каждый ратует за себя,  что ни разу не объединяет. Это вообще досадно, когда люди видят друг в друге конкурентов. Вот раньше приезжаешь на студию, кто-то пишется, если оказывается, что это ребята читают рэпчик, сразу возникала масса общих тем, и это было круто. В настоящее время все изменилось. Например заканчиваю запись в кабине и слышу, что в студии уже ребята, которые подъехали чуть раньше своего времени и слушают, что делаешь ты. Так вот, они уже не видят «близкого по духу чувака», а смотрят  ревностно, что-ли. Типа: вот гад, неплохо сделал.
Когда все собирались на Авроре, на «поляне» (в парке со Слоном), еще где-то, тогда в начале 2000х – все было иначе. Сейчас, кстати, в том же парке есть и рампы, и кольца хорошие, казалось бы: вот они – все условия для тусы, но ведь там ничего не происходит. Раньше это была культура, большой хип-хоп, люди друг друга знали, читали тексты, кидали в кольцо, катали на досках.
Сейчас так: открылась новая студия в Краснодаре, и там сразу образовалась своя тусовка. Кенты, кенты кентов и т.п. И никого из исполнителей не интересует, кто еще в их городе делает, рэп. И вообще слушают только то, что им предлагают. Зачем, мол, слушать, кого-то с соседнего района, если лента в инсте сама предложит новые релизы. Общности нет. Нет обмена опытом. Никто не пытается объединить усилия. Каждый за себя.
 

— Почему это произошло?  Была тема единства, была субкультура, сейчас субкультуры умирают. Но, возможно, были более реальные причины?

 

— Это просто неизбежно. Все зародилось в Бронксе, потом на другом побережье, породив эпическое противостояние. Сейчас весь мир делает рэп. Вот и у нас. Была тусовка, потом стало доступно и популярно, куча студий. Куча маленьких тусовок. Естественный процесс, что появляется масса поднаправлений. Кому-то нравится, кому-то нет. Я динозавр, вымирающий вид, которому интересно, что делалось в начале 2000-х и ранее. Я никогда не буду делать другое.

— Почему Bermud MC, что это значит вообще?

 

— Сначала появилось объединение RapBermudHouse. Не группа, а просто творческое объединение. Есть такой Штака, в жизни он Миша. Мы сидели, думали, мечтали собрать студию. Для группы слишком много нас, да и каждый пишет сольно, совместные треки реже, пусть будет творческое объединение – за это и выпьем, как говорится. Надо было это обозвать как-то. Под каким-то флагом, так сказать, плыть. Bermud Мише пришло в голову, обсуждали мы Бермудский треугольник, что-то такое загадочное непонятное, все там пропадает, и мы сказали: вот, наверно, это про нас! А House это дом. House ушло со временем, и все, остался RapBermud. Появилась аббревиатура RB. Я вообще не задумывался над псевдонимом творческим на тот момент, все было проще. Когда записывался микстейп в 2010, надо было написать, кто есть кто. Нас было шесть человек, и все участвовали в разнобой в записи разных треков. Производное от фамилии у меня было прозвище Пинч. Я не придавал значения, но это оказалось не очень хорошее слово. Как-то в ресторане (кавказском) после выступления, кто-то из организаторов рассказал мне, что это в некоторых местах, не столь отдаленных, ничего хорошего не значит. Я был искренне удивлен. И когда провалился проект RapBermudHouse, т.е. его в принципе не стало, уже была запущена интернет-страница rapbermud.ru. Я решил, что быть мне BermudMC, чем не повод чтобы выйти на новый уровень? Да и сайт уже есть. Обзвонил пацанов, никто не возражал. Так появился BermudMC. Я и сегодня поддерживаю сайт в рабочем состоянии, хотя уже есть страница, заточенная под соло (bermudmc.ru). Короче, сайт по двум адресам, никак не решусь похоронить RB, все-таки, видимо, есть надежда, что RB когда-нибудь наберет исполнителей, будет выдавать кучу релизов ежегодно. Так сказать, поднимет паруса и начнет большое плавание. А проект RapBermudHouse как творческое объединение провалился тогда лишь потому, что нас было слишком много, а чтобы делать хорошо, надо иметь репетиционную точку, надо много сообща работать, под каждого нужны индивидуальный настройки для железа в студии, и, в конце концов, надо работать на трезвую (так выходило не у всех).
В общем, разошлись мы в подходах: для кого это развлечение, а кто-то нацелен на результат. Я долго тошню над этими всеми вещами. Если делать, то делать хорошо или не делать вообще.

— А что насчет варианта поработать с живым звуком?

 

— Желание огромное. Есть вещи, которые не вошли на диски, но которые мне самому очень нравятся, и, думаю, имеют право на существование. В том качестве, в каком они есть, им жизни не дашь сейчас. Перезаписывать на тот же звук бесперспективно. И у меня есть замысел, пусть он и ресурсно-затратный: выбрать штук десять-пятнадцать вещей и дать им новую жизнь с живым звуком. А потом еще и дать концерт-презентацию с живым звуком. Это было бы супер. У меня есть записи, в которых присутствуют гитара акустическая, бас, живой барабан понемногу. На одном выступлении был человек, который запиливал на гитаре в проигрыше моего трека. Это, конечно, другие эмоции.

— Ты работник бюджетной сферы, с кредитом, ребенком и все такое. Если попрет, бросишь работу? Думал об этом?

— Однозначно, без секунды промедления! Похоронил бы для себя юриспруденцию, в нашей стране это вообще одно название. Это не институт, это только заголовок. Опыт показывает, что можно даже остаться в родном городе и заниматься любимым делом. Я бы однозначно променял специальность на творчество. Я думаю, в этом и есть счастье, заниматься любимым делом. Когда ты можешь жить за счет своего любимого дела – это сильно, это здорово. К этому надо стремиться.

Интервью: Р.Снеговски, 04.10.2016

 

фотограф: Чепелев Михаил

This site was designed with the
.com
website builder. Create your website today.
Start Now